После Чесмы для гр. Орлова, как главнокомандующего, представилась возможность направить флот к Дарданеллам и, прорвавшись через пролив, явиться перед Константинополем. Это было бы коренное решение не только вопроса данной войны, но, может быть, всего Восточного вопроса.
Этого со страхом ждали сами турки. Их средства к обороне Дарданелл и Константинополя были тогда ничтожны; они «открыто говорили об оставлении крепостей (в Дарданеллах) при первом выстреле». Что же касается флота, то, после гибели турецкого флота при Чесме, в Консгангинополе осталось только два корабля, опоздавших прибыть перед боем к Чесме, и спешно вооружался третий, уже назначенный за негодностью в ломку.
Предложения, которые делались гр. Орлову со стороны адмиралов о прорыве через Дарданеллы, были им отвергнуты. В главнокомандующем, как в генерал-поручике, подполковнике лейб-гвардии Преображенского полка, слишком остро еще было чувство обиды за поражения, понесенные на сухом пути в Морее, и после Чесмы он жаждал обрадовать государыню такою же блестящей сухопутной победой.
«Прискорбно мне, —писал он императрице 28 июня,— что я не могу и впредь надежды не имею поздравить Ваше Величество с сухопутною, равною морской, победою. Ежели бы был так счастлив, желания мои были бы совершенно удовлетворены; мог бы надеяться тогда заслужить Ваше благоволение».
Морская победа при Чесме была не использована. Граф Орлов остановился на полумере и дал флоту хотя и определенную, но не вполне удовлетворявшую его задачу: блокаду Дарданелл и прекращение подвоза через Архипелаг съестных припасов в Константинополь с целью оголодить столицу Турции.
28 июня флот наш ушел из Чесмы. 1лавноко-мандующий отправил Эльфинстона к острову Тенедос, чтобы занять позицию у Дарданелл; сам же со Спиридовым направился к острову Лемнос, где занятием порта Мудрое предполагал прочно утвердиться в этой части Архипелага.
11 июля Эльфинстон, со своими 3 кораблями, 2 фрегатами и 1 пинком, находясь между Тене-досом и азиатским берегом, увидел два турецких корабля. Течение и противный ветер не позволили ему, как он хотел, отрезать гурок от Дарданелл: туркам удалось скрыться в пролив на буксире гребных судов. Эльфинстон прошел за ними; два дня простоял он в проливе, перестреливаясь с дальнего расстояния с кораблями и не отвечая на выстрелы с крепостей; турецкие корабли наконец скрылись; Эльфинстон же, с целью демонстрации, стал на якорь посреди пролива, приказал играть музыкантам и барабанщикам и, обстреливаемый береговыми батареями, но не удостаивая их ни одним выстрелом, уселся с офицерами пить чай на палубе. Выйдя затем из Дарданелл, Эльфинстон расположился с эскадрой между островами Тенедос и Имброс.
Между тем наши главные силы собрались на Лемносе к 19 июля в бухте Пелари, где находилась главная турецкая крепость. Десант, высаженный на берег, с переменным успехом вел осаду, но все-таки ожидалось скорое падение крепосги. Однако ряд случайностей разрушил эту надежду.
Графу Орлову понадобился Эльфинстон, и он потребовал его к себе. Эльфинстон должен был оставить блокаду и на корабле «Святослав» вышел к Лемносу; па рассвете 7 сентября корабль наскочил на восточный риф у Лемноса и потерпел крушение. Всю команду успели спасти (погиб только один человек), но этот случай значительно ослабил блокаду Дарданелл.
Оставшимся судам не удалось усмотреть за гурками, и они успели перевезти на Лемнос, на 23 мелких судах, значительные подкрепления; и как раз в день, когда должна была быть подписана капитуляция, подкрепленный неприятель повел наступление на наши войска. Граф Орлов распорядился немедленно перевезти наш десант на эскадру, и этим попытка завладения Лемносом и кончилась.
Пришлось искать в Архипелаге нового убежища, уже не думая об удобствах для блокады Дарданелл, и выбор пал на порт Ауза на острове Парос, лежащем в южной части Архипелага: здесь не было турок, и занятие Аузы не требовало особого содействия сухопутных сил.
В половине ноября, по занятии Пароса, гр. Орлов на корабле «Три Иерарха» ушел лечиться в Италию. Командовать флотом остался адмирал Спиридов.
23 декабря прибыла в Аузу новая эскадра, вышедшая из России (из Ревеля) 30 июня, под командой контр-адмирала АрфаМ4, недавно принятого на русскую службу датчанина (корабли «Победоносец», «Всеволод» и «Азия», фрегаты «Северный Орел» и 13 транспортов, на которых находилось 2,6 тыс. чел. десантных войск), а адмирал Эльфинстон, навлекший на себя неудовольствие гр. Орлова и Спиридова, был в начале следующего года уволен из русской службы.