К флоту еще не привыкли, флот, как средство борьбы, не был еще популярен, и потому его существование не могло считаться обеспеченным. Тем, следовательно, внимательнее и ревнивее нужно было следить за его развитием, тем упорнее нужно было внедрять в государственное сознание мысль о необходимости укрепления юного организма.
Однако преемники Петра Великого не могли воспринять его мысли в полном ее объеме и не продолжили дела развития морской силы.
Петровская школа, созданная двадцатилетней войной на море, проявившая себя рядом
побед, «доселе не бывалых», с каждым царствованием тускнела и гасла, не получая приюка свежих сил и разумного руководства. На смену живому духу явилась внешняя форма, материал преобладал над душой и здравый военный смысл постепенно вытеснялся рутиной.
Петровский флот, не знавший берега и пренебрегавший канцелярщиной, постепенно подпал под их власть и, сохраняя внешнюю военную форм', уже носил в себе все признаки внутреннего разложения.
В этом печальном положении и застала флот молодая императрица.
Хорошо ознакомленная с положением флота еще до вступления на престол, императрица с первых же дней своего воцарения могла начать постепенное возрождение отечественной морской силы. Имея перед собой пример Петра няв всю сущность его деятельности и намерений, императрица твердо решила пойти по его стопам.
Прежде всего резко чувствовалась необходимость воскресить на флоте угасший петровский дух и тем положить начало воссозданию утраченной морской школы.
Главная трудность этого возрождения была в том, что около Екатерины было слишком мало лиц, когорые могли взять на себя выполнение воли имперагрицы. С прискорбием должна она была сознаться, что среди личного состава флота она не могла выбрать достаточное количество людей, которые могли бы помочь управлять столь сложным делом.
Надеясь на свой здравый ум, она прежде всего постаралась привлечь к работе лиц с таким же здравым умом, зная, что «не боги горшки обжигают» и что, как ни сложна предстоящая работа, она выполнима, если работники будут руководиться соображениями государственной пользы. За себя императрица в этом отношении ручаться могла вполне — ее женский здравый смысл, гонкий и впечатлительный, базировался на непогрешимом творчестве Петра.
Подобно тому как все царствование Петра I прошло в политической и военной борьбе за утверждение на Балтийском море — царствование Екатерины составляет 30-летнюю эпоху борьбы за достижение обладания Черным.
Следуя по стопам Петра, Екатерина, таким образом, естественно должна была взять на себя выполнение второй части Петровой программы — приступить к завершению географического государственного формирования на юге; это было неоконченное дело Петра, кото-рос он начинал дважды.
Теперь, когда Россия успела отдохнуть от тяжелой борьбы на севере, было естественно приступить к осуществлению этого второго намеченного Петром шага. Возмужавшая Россия уже искала себе выхода па юге, и достижение географического формирования в этом направлении естественно становилось первой государственной задачей.
Достижение ее и поставила себе целью Екатерина II, для которой стремление России на берегах Черного моря и сделалось государственным операционным направлением.
Таким образом, политическая программа Екатерины II сводилась к следующему:
1. Обеспечение себя миром с Европой для успешного хода дел по внутреннему управлению государством и для подготовки средств к предстоящей борьбе на юге.
2. Удержание и защита всего приобретенного на севере и обеспечение здесь мирных отношений с соседями.
3. Разрешение мирным путем длительного польского вопроса.
4. Борьба на юге, на которую должны быть употреблены наибольшие силы и средства.
Задавшись такой программой, Екатерина не могла не обратить особенного внимания на подготовку необходимых средств для тяжелой борьбы — армии и флота. Первая — не вызывала никаких опасений императрицы. Только что вынесшая победоносную войну с гениальным полководцем Фридрихом II, армия эта по качественному своему составу далеко превосходила своих будущих противников — турок. Что же касается флота — то он требовал полного своего восстановления.
Состояние, в которое он пришел к 1762 г., ясно показывало, что дело возрождения надо начинать с азов, а между тем предназначенная ему в будущем деятельность была и обширна, и ответственна.
Возрождающаяся под правлением Екатерины Россия не могла не служить предметом зависти и опасений всей Европы.
Всегда можно было ожидать, что под влиянием интриг и происков Россия будет вынуждена вступить на обоих театрах, Балтийском и Черноморском, в упорную борьбу с двумя своими исконными врагами — Швецией и Турцией. И там и здесь нужен был флот, как главное средство борьбы, способное привести спор к положительному решению.
Императрица первым долгом своим почла обратить особенное внимание на его личный состав и на восстановление его морской школы. С целью повысить общий уровень военно-морского развития среди командного состава, значительно отставшего от науки и техники за 40 лет, императрица по примеру Петра решила начать с посылки молодых морских офицеров за границу. Лучшим флотом того времени считался, конечно, английский, и потому внимание императрицы остановилось на нем.
Уже в конце 1762 г., по сношению с английским правительством, Адмиралтейств-коллегия получила приказание Сената о немедленной посылке партии в 20 чел. молодых дворян из Морского кадетского корпуса для службы на судах английского флота. Несколько позже, по представлению адмирала Мордвинова, были посланы в Англию в несколько очередей выразившие на это желание и офицеры: от мичмана до капитана 2 ранга включительно.
Все они, расписанные по прибытии на военные суда, были зачислены на действительную английскую службу, получая одновременно пособие и от русского правительства.
По настоянию императрицы английское адмиралтейство назначило всех командированных на суда «дальнего вояжа» — в Восточную Индию и Америку.
Всем им было предписано вести во время своего плавания подробные журналы, изучить английский язык и, по возвращении, сдать полный экзамен всех морских наук для производства в следующий чин и получения права на командование судами.
Одновременно было обращено внимание и на реорганизацию Морского корпуса, который гоже находился в сильном упадке. Понимая, как важно начать морские реформы с улучшения дела подготовки молодых поколений моряков, императрица озаботилась прежде всего составлением плана реорганизации корпуса как с учебной, так и воспитательной сторон.
Выбор ее остановился на одном из образованнейших и энергичнейших моряков, молодом капитане 2 ранга И. Л. Голенищеве-Кутузове, ни чин, ни лета которого не помешали государыне назначить его директором корпуса с самыми обширными полномочиями13,).
Обещав последнему полное свое содействие, императрица, дав главные директивы, предоставила последнему полную свободу инициативы, не стесняемую ни прежними уставами и инструкциями, ни вмешательством центральных управлений флота.